Мария Поморцева

Кураторство: страх и трепет

Выпускница программы «Практики кураторства» об интересах в профессии и учебном процессе в BBE.

Беседовал Ваня Демидкин.

Говорят, что учиться идут, когда чего-то не знают. Чего тебе не хватало до программы?

Когда я поступала на программу, я уже была куратором одного проекта и ужасно переживала за все. Правильно ли я делаю презентации для площадки и правильно ли общаюсь с художниками. Переживала о том, где проходят границы между работой того или другого человека. У меня была проблема с дизайном пространства: это был офис, из которого никак не получалась выставочная среда. Я переживала, что у меня нет каких-то банальных навыков — например, работы с типографией. То есть было огромное количество мелочей, которые сводили меня с ума, потому что на практике у меня совсем не было опыта.

Я пошла на программу, потому что мне хотелось больше послушать про других, позадавать глупые вопросы. Узнать, как все на самом деле устроено и как профессиональный куратор должен себя вести, как и какие задачи и проблемы решать. Программа помогла мне в этих вопросах. И главное — прошла вот эта огромная тревога. Понятно, что я и теперь знаю далеко не все. Но когда ты представляешь общую картину того, как устроен кураторский процесс, что в нем корректно, а что нет, — появляется возможность учиться дальше самой.

А как ты попала на «Практики кураторства»?

Я пришла через опен-колл школы. Тогда можно было прислать презентацию своего проекта и выиграть бесплатное обучение. Я хотела сделать многосоставной проект, для самостоятельной работы над которым у меня не хватало опыта. Хотелось сделать его с кем-то, кто может проконсультировать и помочь развить идею.

Правда, во время программы я стала разрабатывать уже новый проект, потому что переехала, а выставку, которую придумала изначально, не получилось переложить на контекст другой страны.

Эндре Тот, Zer0 demo, 1980. Источник.

Чему посвящен твой финальный проект? И почему именно этой теме?

Мой финальный проект посвящен практикам уличного искусства в Восточном блоке. И тому, как современное поколение художников может опираться на эту традицию. У художников той эпохи и региона можно научиться неочевидным стратегиям работы — это исторический материал с крайне экспериментальным отношением к общественному пространству. Поэтому мне хочется предложить максимально живое взаимодействие с этим материалом. Сейчас проект на этапе подготовки заявок на гранты. И исследование продолжается.

Зачем кураторство как профессия лично тебе?

Мне интересно рассказывать истории широкой аудитории. А выставка — свободный формат. Она может быть где угодно и какой угодно — не только в четырех стенах. Она может совершенно не иметь границ и разрастаться при помощи зрителей и соучастников, быть многолетним проектом или, наоборот, микроситуацией. Она может быть текстовой, идейной или совершенно визуальной. Мне нравится видеть себя в профессии, где я могу создавать диалоги и эксперименты для других, и при этом не ограничивать себя. Меня это восхищает.

The OHO Group, из серии «Летние проекты», без названия, 1969. Источник.

Что было самым трудным во время учебы и работы над финальным проектом?

Я работала над проектом в первые месяцы эмиграции — было сложно приспособить его под контекст города, где я оказалась. Трудности были не с языком, не с культурой и не с историей страны, так как я раньше жила здесь много лет. Но вся моя профессиональная жизнь, все планы, идеи и ценности складывались в Москве, поэтому первое время после отъезда я была дезориентирована. Это больше экзистенциальная проблема про мир, который у многих из нас ушел из-под ног одновременно, чем какие-то конкретные препятствия на новом месте.

А самым классным?

Самым классным была возможность попробовать новое и непривычное. Хорошо запомнилось одно из первых домашний заданий, когда я два дня исследовала молодое искусство Красноярска, собирая проект галереи, где зритель мог бы наблюдать за процессом работы художников, общаться с ними. На программе мне понравилось, что все преподаватели занимаются разными медиа и темами, которые актуальны и интересны мне: off-site выставки, саунд-арт, децентрализация и самоорганизация, деколониальный подход, коммуникационные проекты. Из-за того, что преподаватели много и конкретно рассказывали о своей практике, я начала погружаться в то, как ставятся и решаются задачи. Это действительно учит думать как куратор.

Как прошла защита?

Защита не была обособленным мероприятием — она стала продолжением тех обсуждений, которые у нас уже были практически с каждым преподавателем. Это было подведение итогов. Очень разумное и логичное завершение процесса обучения.

Какие три совета ты дала бы тем, кто только собирается идти на программу?

Во-первых, чаще задавать вопросы. Во-вторых, выделить на программу как можно больше времени, потому что мне было обидно, когда его не хватало. Программа живая, и в нее хочется полностью погрузиться. И третий совет — быть открытыми. Даже если вы наверняка знаете, что какие-то подходы, идеи или задачи вам не подходят, все равно попробуйте переложить их на себя: оспорить или принять, сделать что-то в таком ключе, который будет для вас самих неожиданным. Это и есть сильная сторона программы — ты сталкиваешься с разными подходами, и у тебя есть возможность оценить их на практике.

Группа SAB, Игра, 1970-е. Источник.

Поделиться
vk
twitter

Онлайн-школа дизайна и иллюстрации Bang Bang Education

Раз в неделю мы присылаем письмо с подборкой новых выпусков «Точки зрения».