Ваня Демидкин

Куратор: задачи и роли

Преподаватели программы «Практики кураторства» Алиса Савицкая, Елена Ищенко и Миша Гудвин на личном примере рассказывают, что такое кураторство в современном искусстве.

Алиса Савицкая — главный куратор студии «Тихая» в Нижнем Новгороде. В 2009–2020 годы — руководитель отдела выставок и главный куратор ГЦСИ «Арсенал».

О ключевых аспектах кураторства как профессии

Каждый куратор сам определяет свою идентичность. Функции и задачи могут быть разными: продюсирование крупных событий и фестивалей, выражение себя через создание проектов, поддержка художников. Все эти виды деятельности могут быть частью кураторской работы.

Мы (преподаватели программы «Практики кураторства», — Прим. ред.) институциональные кураторы, потому что работаем не только на свой профессиональный статус и карьеру, но и на те институции, с которыми сотрудничаем. Но эти институции — не всегда классические музеи и галереи, форматы которых устоялись в российском искусстве. Мы выходцы из самоорганизаций и художественных сообществ. В том числе нашими усилиями они стали обретать контуры и превращаться в социальные институты.

Я хочу, чтобы куратор обрел более узкую специализацию, а не делал все одновременно, как это принято сейчас. Чтобы фандрайзингом, продюсированием или выставочным менеджментом занимались специально обученные люди, потому что это разные профессии.

Что тогда остается куратору? В моем идеальном мире куратор — это переводчик. Специалист широкого профиля, который владеет разными языками и может общаться с художниками, чиновниками, пиарщиками и другими людьми. Это междисциплинарный работник, который заполняет собой возникающие между разными группами интересов лакуны. А какая группа интересов приоритетна — уже личный выбор каждого.

О профессиональных ориентирах

В своей работе я руководствуюсь формальными критериями, ориентируясь на стандарты институций. Приходя в них, я попадаю в установленный контур со своими интересами и начинаю откликаться на них. Мой приоритет в студии «Тихая» — развитие локального сообщества художников и профессионализация существующих в городе арт-сообществ. То есть мне не интересно широкое зрительское впечатление и работа с аудиторией, но важны научные исследования и монографии отдельных художников. Я люблю приглашать в студию «Тихая» сторонних авторов, но не с позиции высокого институционального статуса, как это было в «Арсенале», где я работала раньше. А с интересом к тому, что и как этот автор может инвестировать в локальное сообщество.

Когда я работаю над групповыми проектами, то также просчитываю гендерный и возрастной состав группы. И придерживаюсь стандарта, который перехватила у куратора Каролин Христов-Бакарджиев. Он называется 30–30–30–10: 30% — художники, которые нравятся, 30% — художники, которые не нравятся, но задают мне вопросы и ставят меня в ситуацию сомнения или дискомфорта — для оппозиции внутри проекта, 30% — произведения, связанные с локальным контекстом, 10% — нехудожественные высказывания, которые дополняют проект. Мне нравится этот баланс как стартовый ориентир. Собирая выставку, я каждый раз играю с этой пропорцией.

О препятствиях

Основная проблема — неразвитость системы искусства. Мы вынуждены всему учиться сами, быть первыми, а иногда и единственными. Конечно, быть изобретателем и первопроходцем интересно: это подстегивает амбиции. Но у нас нет сложившихся государственных и гражданских программ поддержки художественных инициатив. И довольно бедовый рынок, поэтому далеко не все могут зарабатывать своим искусством или заниматься благотворительными проектами. Есть проблемы с системой образования и карьерного роста. Да, у нас есть галереи, музеи, гранты — мы все ими активно пользуемся. Но относительно масштабов целой страны условий недостаточно.

О подходах в работе с текстом

Три года назад я столкнулась с необходимостью написать книгу об истории нижегородского уличного искусства 2010-х годов. Для этого мы с художником Артемом Филатовым выбрали похожий на тифлокомментарий в музеях язык: как можно меньше оценок и как можно больше описаний, фактов. Не только цвета, техники и композиции, но исторический, политический контекст работы, ее социальные и культурные задачи.

Я считаю, что тексты об искусстве невероятно важны. Но есть вопрос уместности формата: короткая аннотация, статья на городском портале и публикация в научном журнале — это разные вещи. И мы с одинаковой педантичностью должны писать все и везде. Текст — это важная форма размышления об искусстве.

Елена Ищенко — кураторка, исследовательница, авторка текстов. Работает кураторкой выставочных программ центра современного искусства «Типография» в Краснодаре.

О создании среды как цели кураторской работы

Место работы куратора или кураторки зависит от функций, которые он или она хочет выполнять. И наоборот — задачи зависят от места. Музей, галерея и самоорганизация — это очень разные ниши. Также наша работа связана с городом: кураторство в Краснодаре отличается от кураторства в Москве или Нью-Йорке. Такие поправки на локальный опыт и создают индивидуальный кураторский путь.

Но если говорить об общих для всех кураторов целях, то мы создаем контекст и среду. Именно внутри них искусство появляется и существует. Выделяя художника или тему, мы создаем точку, вокруг которой начинает формироваться сообщество.

Миссия Центра современного искусства «Типография» в Краснодаре — развитие локальной художественной среды и сообщества вокруг нее. Но что значит такое развитие? Кто стоит за ним? И как оно ведется? Отвечая на эти вопросы, мы выбрали два направления работы. Первое — это профессионализация тех, кто работает в городе, поддержка новых художников и создание возможностей для их реализации. Второе — это привнесение новых практик и методов извне, которые мы могли бы использовать.

О глобальных и локальных вызовах

В групповых проектах я придерживаюсь такой позиции: присутствовать должны как известные, так и малоизвестные художники из Краснодара и других городов. Важно, чтобы все были заметны. Так мы показываем, что местные авторы не работают в отрыве от большого контекста. Ведь нет глобальных вызовов, которые не волнуют людей в Краснодарском крае. Бедность и климатические угрозы, например, касаются всех.

Поделюсь с вами фан-фактом: почти 30% бюджета «Типографии» за 2021 год — это иностранное финансирование. К сожалению, из-за неразвитости системы поддержки искусства нам приходится искать деньги за пределами России. А та поддержка, что есть в стране, направлена на конкретные проекты, а не на постоянную работу институций. То есть мы не можем получить деньги на аренду пространства, но если мы не будем иметь своего места, не сможем вести наши проекты.

О главных вопросах профессии

Что такое современное искусство? Как мы можем менять границы его восприятия? Какие практики и методы оно может включать? Отвечать на эти вопросы можно по-разному, но мы все равно остаемся ответственными за то, что будут считать современным искусством. Потому что приходящие к нам люди будут думать, что оно выглядит именно таким образом. И чем больше ответов мы им предлагаем, тем интереснее становится наша работа.

Откуда мы получаем финансирование на проекты? Мы часто ставим перед собой и этот вопрос. Каждый раз мы должны отвечать себе на него — это сложно, но необходимо. И несмотря на то что денег и так мало, не все из них стоит брать.

Отношения между институцией и художниками часто становятся почвой для скандалов, потому что каждая из сторон преследует свои цели. Хорошее художественное высказывание в принципе сложно представить без провокации, но институции не всегда готовы к этому, хотя такое искусство — двигатель развития. Поэтому я считаю, что куратор всегда должен быть на стороне художника.

О роли текста в искусстве

Искусство нельзя объяснить, потому что оно формулирует смыслы, стоящие над языком. Иначе неясно, зачем нужно искусство. Оно больше, чем написанный про него текст. Но текст, конечно, тоже может создавать свои смыслы. В последнее время они перестают быть зубодробительными, но раньше они были такими, потому что их авторы хотели встроить произведения искусства в контекст современной философии. Это было желание смотреть на искусство именно через такую призму.

Миша Гудвин — стрит-арт художник, куратор. Сооснователь самоорганизованных выставочных пространств «Дай пять» в Воронеже и «ИП Виноградов» в Москве.

О направлениях работы куратора

Кураторские функции меняются исходя из задач. Если работаешь над персональной выставкой начинающего художника, ему или ей может понадобиться помощь в выстраивании всего выставочного нарратива. А если это опытный художник — то лишь в экспозиционных ходах. В случае с работой над групповой выставкой, куратор может заниматься поиском объединяющей всех темы, тем самым вступая в диалог с чужими работами. Точно так же куратор в институции и artist-run space занимается решением разных задач и, соответственно, по-разному ставит их себе. Но все это можно обобщить: деление на куратора как узкого специалиста и многопрофильного работника связано в первую очередь с капиталом. Когда у тебя есть деньги, чтобы делегировать работу — ты приглашаешь специалиста, а не решаешь все задачи сам.

О комьюнити и работе со зрителем

Мы несем ответственность за то, что обозначаем в качестве современного искусства, — это главный аспект кураторской этики. Игнорируя его, многие спекулируют на понятии современного искусства, предлагая зрителю такие вещи, которые в глазах неподготовленной аудитории ассоциируются с мифами и гэгами о том, что такое современное искусство. Например, кураторы в экспликациях используют термины из философии и «сложный» язык, чтобы создать дистанцию между выставкой и зрителями. Я понимаю, как возникает такое желание. Так создается субкультура и свое закрытое комьюнити. Но можно ли писать иначе, преследуя те же цели? Я не против терминов, но я за их замену человеческими словами там, где это можно сделать. Или за уход от аналитического текста как ключа для понимания искусства вообще. В последнее время он все чаще заменяется чем-то более поэтичным, не требующим жестких концептуальных обоснований. Я придерживаюсь такой логики: либо понятно объяснять, либо давать волю интерпретации зрителю.

О деньгах, рутине и соцсетях

Любые трудности упираются в бюджеты, и для многих кураторов поиск денег — самая актуальная проблема. У нас, например, была такая история: московской самоорганизации «ИП Виноградов», которой я занимаюсь, нужна была большая сумма денег для смены проводки. Мы решили сделать пост о том, что собираем пожертвования. И большую часть нужной суммы погасил один человек — получилось своего рода меценатство. Такое случается крайне редко, поэтому мы были сильно удивлены.

Кроме того, куратору в небольшой институции приходится решать рутинно-административные дела. Это издержки, которые не связаны с искусством напрямую. Но они тоже могут быть интересными. Я очень люблю SMM и продвижение в соцсетях, потому что это важный художественный инструмент в современном мире. Хотя кому-то это дается тяжело.

Материал подготовлен на основе записи вебинара «Куратор: роль, задачи, нарративы». Визуальные материалы: 1) Алиса Савицкая. Вид экспозиции выставки «Жизнь живых». ГЦСИ, Москва. 2017; 2) Елена Ищенко. Выставка Елены Колесниковой «Кооператив "Восход"»; 3) Мастерская «Дай пять». Выставка Олеси Лавриненко и Саши Госмант "Session №1. Distant touch".

Поделиться
facebook
vk
twitter

Онлайн-школа дизайна и иллюстрации Bang Bang Education

Раз в неделю мы присылаем письмо с подборкой новых выпусков «Точки зрения».